Первый завуч Полтавского института благородных девиц Гулак-Артемовский

27 января 1790 г. в Городищи (ныне Черкасской области) родился завуч Полтавского института благородных девиц Пётр Петрович Гулак-Артемовский, в течение более десятка лет занимавший эту должность безвозмездно и с большим энтузиазмом.

Учился Пётр сначала в Киево-Могилянской академии, потом – в Харьковском университете, по окончании которого преподавал в нём польский язык, русскую историю, географию и статистику.

Пётр Гулак-Артемовский говорил, что один из его предков имел прозвище Гуляка Артемовский (по названию своего села), и отсюда пошли Гулаки-Артемовские. Из них самый известный – племянник поэта, Семен, автор оперы “Запорожец за Дунаем”. А ставил эту оперу в Париже другой Гулак-Артемовский – Николай, белый эмигрант, георгиевский кавалер, актер и режиссер.

Дед и отец поэта, двое его братьев были священниками. Да и сам он намеревался получить духовное образование в Киево-Могилянской академии. Однако попом не стал – якобы из-за несчастной любви. Полюбил взаимно молодую киевлянку, а ее родители были против. Барышня умерла с горя, а он после этого, не доучившись, оставил академию и пошел куда глаза глядят. Эта история повлияла на его характер.

Сначала Пётр преподавал в Бердичеве, потом на Волыни, в имении Потоцких. Этот фриланс продолжался четыре года. А потом карьера Петра Гулака-Артемовского пошла круто вверх. 27-летним он поступил как вольный слушатель в Харьковский университет, и окончил его через два года. Защитив магистерскую диссертацию «О пользе истории вообще и преимущественно отечественной и о способе преподавания последней», он занял в университете кафедру русской истории; одно время читал статистику. Ещё, будучи студентом, преподавал в университете, быстро стал деканом, а затем и ректором (1841-1849 гг.). Одновременно прославился как поэт. Все это совмещал с должностью заведующего учебной части Харьковского, а затем и Полтавского институтов благородных девиц. Причем первые 13 лет занимал эти должности в институтах безвозмездно и с большим энтузиазмом. Очевидно, таким образом возвращал себе потерянную юность. Возможно, барышни-институтки напоминали Петру о его первой трагической любви.

Полтавский институт благородных девиц был закрытым учебным заведением, которое действовало в Полтаве в 1818-1917 годах. Первый среди губернских городов и шестой в Российской империи вообще, институт благородных девиц был единственным в Полтавской губернии средним учебным заведением для обедневших дворянских дочерей. Он давал образование, эстетическое и нравственное воспитание, а также право на должность воспитательниц дворянских и духовных детей. Петр Петрович Гулак-Артемовский руководил учебной частью в нем в 1831-1847 годах.

Из таких провинциальных институтов часто выходили манерные Прони Прокоповны, которые цурались своего рода. А Гулак заботился, чтобы его институтки уважали страну, в которой живут. Мог специально прийти в институт в простой свите, по-мужицкому небритый. За это получал нагоняй из столицы, потому что попечительницей институтов была сама императрица. Часто ссорился с директрисами — из-за ревности к воспитанницам. Неизвестно, любили ли они его. Хотя в это можно поверить. Ведь в университете все прибегали слушать Гулака – он читал лекции ярко, темпераментно. При том, как свидетельствовал его студент Николай Костомаров, Гулак “держал своих слушателей в полнейшем невежестве по части преподаваемого им предмета”. Следовательно, был он таки больше поэт, чем ученый…

Во времена Гулака-Артемовского в Харьковском университете училось немало будущих поэтов и деятелей культуры. Двое из них – Костомаров и Метлинский – жили у Гулака на квартире, и вместо оплаты за жилье учили его детей. Так делали тогда все профессора. И старались не валить на экзаменах своих квартирантов. Гулак экзаменовал так либерально, что можно было не готовиться, вспоминал Костомаров. Дом профессора стоял на окраине города, дальше – старое кладбище, где Костомаров любил гулять. Гулак серьезно советовал ему гулять в более веселом месте, чтобы не нажить ипохондрию. Получается, не забыл, как легко в юности умереть от печали. К смерти относился по-философски и часто на разные лады в своих стихотворениях повторял: “Как ни крути – а умереть нужно!”. Впрочем, именно это делало его поэзию оптимистичной – если все равно умирать, то нужно хорошо пожить в этом мире. В его стихах часто упоминаются девушки и водка льется рекой. Поэт говорил:

– Когда умру – я вам дулю покажу!

Однако эта философия делала его безразличным к разным долговременным проектам. Например, хотел создать украинский словарь, потому что считал, что язык скоро забудут – и не создал. От предков, очевидно, получил в наследство наклон к путешествующей казацкой жизни – имея большую семью, дома не держался, был все время в дороге между Харьковом и Полтавой. Когда вышел в отставку, пал духом. Писал:

“Була робота – була й охота,
Було діло – і робить кортіло.
А тепер лежимо,
Їмо, спимо, встаємо,
Та й знов лежимо.
Чи ясно, чи хмарно –
Нам і так гарно.
А хліба треба?
Упаде з неба!
А в небі не стане –
Жінка дістане”.

Первый литературный дебют Гулака-Артемовского состоялся в 1818 году в харьковском журнале “Украинский вестник”: вышло его стихотворение “Пан і собака”, которое у нас считают первым образцом классической сатирической басни. Его поэзию охотно печатал московский журнал “Вестник Европы” на украинском языке. Гулак предупреждал: “Пишу на языке, почти забытом мной”, на что московский редактор заметил: “Дай Бог всякому такой забывчивости!”.

В советские времена сказка «Пан і собака» была обязательной для изучения всеми украинскими школьниками.

На землю злізла ніч… Нігде ані шиширхне;
Хіба то декуди скрізь сон що-небудь пирхне,
Хоч в око стрель тобі, так темно надворі.
Уклався місяць спать, нема ані зорі,
І ледве, крадькома, яка маленька зірка
З-за хмари вигляне, неначе миш з засіка…

Но в начале 1830-х Гулак отошел от литературной жизни, писал иногда – не для печати, потому что считал украинскую поэзию бесперспективной. В 1830 году он женился, и впоследствии стал отцом десяти детей. Жена Елизавета Федоровна как-то после родов психически заболела и потеряла память. Потом выздоровела, и часто бывало так, что сам Гулак забывал свои старые стихи, а она их помнила…

Гулак считал себя человеком старосветским, даже во времена ректорства жил в простом деревянном одноэтажном доме, который стоял на улице, выходившей в поле. К старости стал язвительным. Как-то он подарил сыну-студенту портфель. К подарку сделал стихотворную приписку:

“Колись, за Богдана Хміля,
писалося й без портхвіля.
А тепер вся сила в портхвілях,
зате пишуть – як із похмілля!”

Умер Петр Петрович Гулак-Артемовский 13 октября 1865 года, похоронен в Харькове.

7 ноября 2017 в рамках празднования 213-летия основания Харьковского национального университета им. В.Н. Каразина состоялось открытие памятника Петру Гулаку-Артемовскому. Расположился памятник на аллее, ведущей от сада Шевченко к вузу, там, где раньше находился памятник Василию Каразину, который теперь перенесен непосредственно к центральному входу университета.

Памятник Гулаку-Артемовскому представляет собой красивую композиционную скульптуру – бронзовая фигура Гулака-Артемовского на пьедестале. Гулак-Артемовский сидит на скамейке – в цилиндре, с тростью. Рядом – птичка, которая несет определенный смысл…

За матеріалами Інтернет
підготував Сергій Миколенко

92 перегляди(ів)